Психо-симптом всплывает не обязательно по причине (в связи с) новыми обстоятельствами во вне. Хотя мы и пробуем часто отыскать эту связь с чем-то внешним. Иногда это происходит потому, что накопились ресурсы для его прочтения. Ну, как бы всю жизнь живу с этим и вроде бы не замечала раньше, что тут помеха.
Есть иллюзия распространённая, что людей лечит метод, инструмент. Удобная такая иллюзия, за которую удобно прятаться маленьким врачевателям. Чтоб не брать ответственности. «Ну, если не помогло, то я не причём. Я хороший, это инструмент плох. Или — я хороший, инструмент хороший – клиент плох». Действительное целительство без игр становится возможным
Место раскола саднит. Оно не может воспринять нейтральность среды как нейтральность. Мы знаем как быть, вращаясь в «треугольнике». Мы часто не знаем как просто быть. Собою. Отдельно. Мир агрессивен? Или я болезненна к миру? Я смогу остановить вращение треугольника в себе — рядом с Другим — только если
Непопулярная у меня тема — по следам событий в ленте писать — но всё же… Встретила тут я в ленте один холивар. Потом репост холивара. Потом репост репоста. Пошла читать. Ссылку не даю их и так много в сети – не хочу разжигать, предлагаю подумать. История там сложилась из того,
Обострённое чувство справедливости порождается невозможностью компенсировать несправедливость по отношению к нам в прошлом. Спасать сильнее всего хочется тому, кто когда-то не был спасён. Понять что-то — тому, кто страдал не понимая. Лучшая мотивация — сильная боль. Помните, да? — про палку острую для осликов, которую стимулом называли? Любое «обострённое» чем-то стимулировано. И вот
Система с излишне толерантной политикой – разрушается, не справившись с перевариванием излишнего чужеродного. По сути, разбившись о своё убеждение о возможности всеприятия. Высокая степень толерантности на телесном уровне ставит под удар печень. Она физический форпост для поступающего из вне. Когда остальные ограждения, тонкие, уже не справились.
Уважая себя, я стремлюсь извлекать себя из отношений, где меня не уважают другие. Мне важно, чтобы меня уважали. Не почитали и восхваляли, не снисходили, а видели ценность меня как р а в н о й. Отношения на равных предполагают у субъектов определённый уровень целостности сознания. Его ясность. Чем более травмирована
В месте, где есть напряжение — нет лёгкости. То, о чём не смеешь шутить — напряжено. Психотерапевту нужно освоить способность шутить по поводу своей профессии — чтоб попустила сковывающая серьёзность. Для меня это, отчасти, тест на специалиста любого направления. Квалификационный экзамен, можно сказать)) Если человек говорит о своей деятельности исключительно
Когда родители идут к детскому психологу, им часто кажется, что главное слово “детскому”. Но главнее – “родители”… Потом – “к психологу”. И только после “детскому” Это не дети неправильные (непонятные), а родительская функция не достаточно функционирует по какой-то причине. И да, это часто “чинится” через целительство другого уже, внутреннего ребёнка
Детям нужны ссоры, конфликты, пересечение интересов. И важно, чтобы взрослые в них не вмешивались. Пока нет угрозы жизни и здоровью – детям нужно давать свободу. Чтобы они имели возможность как маленькие щенки – покусывать и быть покусанными. Всё это необходимо для понимания себя, личных границ и желания их уважать. Как «забитые»,